В демократическом обществе основной обязанностью государства является защита личности.
Посредством установления уголовно-процессуальных норм государство преследует цель защитить личность и общество от преступлений, но одновременно — защитить личность и общество от злоупотреблений со стороны лиц, наделенных полномочиями по расследованию преступлений, таким образом, чтобы любое лицо, совершившее преступление, было наказано соразмерно своей виновности, а ни одно невиновное лицо не было привлечено к уголовной ответственности и осуждено.
Содержание настоящей статьи включает рассмотрение уголовно-процессуального института задержания путем выявления его особенностей, определения момента, с которого лицо считается задержанным, указания субъектов и обстоятельств применения задержания, а также краткого анализа правовой базы, регулирующей задержание.
Задержание представляет собой форму лишения свободы, подпадающую под гарантии статьи 25 Конституции, статьи 5 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, статей 3 и 9 Всеобщей декларации прав человека, а также статьи 9 Международного пакта о гражданских и политических правах.
Задержание является сложным уголовно-процессуальным институтом, подробно урегулированным статьями 165–174 Уголовно-процессуального кодекса, и включает совокупность уголовно-процессуальных действий, а также иных действий изменчивой юридической природы.
Цель конституционных положений, а также указанных международных и национальных актов состоит в предупреждении произвольных и чрезмерно длительных задержаний. Поэтому любое лишение свободы, каким бы кратковременным оно ни было, должно быть обоснованным. Обоснование меры должно быть убедительным и основательным. Отсутствие мотивировки либо ее поверхностный характер делает арест или его продление незаконными.
Требование «законности» предполагает, что как обстоятельства, на которых основаны предъявляемые обвинения, так и условия применения лишения свободы, насколько это возможно, предусмотрены законом ясно, чтобы закон был предсказуемым в применении.
Лицо, лишенное свободы, имеет право обжаловать в суде законность примененной меры и добиться освобождения, если она является незаконной. Для реализации этого права лицо должно иметь доступ к материалам уголовного дела, которые послужили основанием для лишения его свободы, причем не только к процессуальным документам, но и непосредственно к доказательствам. Жалоба должна быть рассмотрена в короткий срок в судебном заседании, обеспечивающем равенство сторон, то есть прокурора и задержанного. Принцип законности предполагает также соблюдение процессуальных гарантий, предоставленных законом против произвола, с тем чтобы соответствующая мера применялась правильно с учетом обстоятельств каждого конкретного дела.
Согласно статье 165 ч. (2) УПК, задержание может применяться только в отношении категорий лиц, прямо предусмотренных законом. Данный перечень имеет ограничительный характер, поскольку задержание представляет собой лишение свободы и, следовательно, не может расширяться по аналогии:
1) Лицо, подозреваемое в совершении преступления
Может быть задержано лицо, в отношении которого имеется разумное подозрение в совершении преступления, за которое законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок более одного года. Разумное подозрение предполагает наличие фактов или сведений, которые могли бы убедить объективного наблюдателя в том, что соответствующее лицо могло совершить преступление. Эти факты или сведения имеют меньшую степень достоверности, чем доказательства, необходимые для предъявления обвинения. Тем не менее лицо не может быть задержано только на основании заявления предполагаемой потерпевшей стороны либо в случае, когда имеются основания сомневаться в достоверности показаний свидетелей. Как правило, данная категория относится к начальной стадии уголовного процесса, когда орган уголовного преследования срочно вмешивается для проверки причастности лица к деянию.
2) Обвиняемый или подсудимый, нарушивший меры пресечения, не связанные с лишением свободы
Задержание может применяться как процессуальная реакция на поведение лица, уже привлеченного к уголовному процессу, которое не соблюдает обязанности, возложенные на него более мягкой мерой пресечения. Та же логика применяется и при нарушении охранного ордера по делам о домашнем насилии, если преступление наказуемо лишением свободы.
3) Осужденный, в отношении которого отменено условное осуждение либо условно-досрочное освобождение
Данная категория касается лица, уже осужденного и ранее воспользовавшегося формой индивидуализации исполнения наказания, не связанной с реальным лишением свободы. Задержание служит обеспечению исполнения приговора после отмены предоставленной льготы.
4) Лицо, в отношении которого отменен оправдательный приговор и вынесен обвинительный приговор с назначением лишения свободы
В этой ситуации задержание направлено на обеспечение исполнения нового судебного решения после радикального изменения статуса лица — из оправданного в осужденного.
5) Лицо, уклоняющееся от исполнения обвинительного приговора с назначением лишения свободы
Данная категория включает лиц, которые, несмотря на наличие подлежащего исполнению обвинительного приговора, уклоняются от отбывания наказания. Задержание в этом случае выполняет функцию принуждения для приведения судебного решения в исполнение.
6) Лицо, совершившее преступление в судебном заседании
Речь идет о деянии, совершенном перед судом в ходе судебного заседания. Задержание носит незамедлительный характер и направлено на поддержание авторитета правосудия, а также на оперативную процессуальную реакцию на преступное поведение, совершенное перед судом.
7) Лицо, которое подлежит привлечению в качестве обвиняемого, но не может быть установлено его местонахождение либо оно не является без уважительных причин
Эта гипотеза касается лица, присутствие которого необходимо для предъявления обвинения, однако место его нахождения неизвестно либо оно не является без уважительных причин и не уведомляет орган, которым было вызвано.
Применение уголовно-процессуального задержания лица не относится к широкой компетенции и может иметь место только на основании:
• протокола задержания — в случаях, предусмотренных частью (2) пунктами 1), 2) и 7);
• постановления органа уголовного преследования — в случаях, предусмотренных частью (2) пунктами 1), 2) и 6);
• решения судебной инстанции — в случаях, предусмотренных частью (2) пунктами 3), 4) и 5).
Следовательно, официальными субъектами уголовного процесса, уполномоченными распоряжаться о задержании лица, являются орган уголовного преследования и судебная инстанция. Исчерпывающее указание этих субъектов является целесообразным, поскольку любое ограничение основных прав и свобод личности должно быть абсолютно законным и обоснованным, с минимизацией возможных злоупотреблений.
Статья 166 УПК регулирует специальные основания задержания лица, подозреваемого в совершении преступления. Норма имеет ограничительный характер, поскольку задержание является процессуальной мерой принуждения, которая непосредственно затрагивает индивидуальную свободу.
Во-первых, статья 166 ч. (1) УПК устанавливает общее условие: задержание возможно только при наличии разумного подозрения в совершении преступления, за которое законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок более одного года. Следовательно, простого абстрактного подозрения или неподтвержденного предположения недостаточно.
Во-вторых, закон требует наличия хотя бы одного из прямо предусмотренных случаев: задержание лица с поличным; прямое указание на него очевидцем или потерпевшим; обнаружение явных следов преступления на теле, одежде, в жилище либо в транспортном средстве; обнаружение следов, оставленных лицом на месте совершения деяния; попытка скрыться либо невозможность установить личность. Эти гипотезы выражают объективную связь между лицом и расследуемым уголовным деянием.
Согласно статье 166 ч. (3) УПК, первоначальные основания дополняются критериями процессуальной необходимости. Задержание может быть применено и тогда, когда имеются разумные основания предполагать, что лицо уклонится от уголовного преследования, будет препятствовать установлению истины либо совершит другие преступления. Таким образом, мера оправдывается не только наличием подозрения, но и необходимостью предотвращения конкретных процессуальных рисков.
В статье 166 ч. (4) Уголовно-процессуального кодекса предусмотрена важная особенность: задержание совершеннолетнего лица по основаниям, указанным в части (1), может иметь место даже до регистрации преступления в установленном законом порядке. Данное положение носит исключительный характер и направлено на обеспечение немедленной реакции органа уголовного преследования в срочных ситуациях, прежде всего в случаях задержания с поличным либо при наличии очевидных признаков преступления.
Особый интерес, в том числе с практической точки зрения, представляет понимание и разграничение понятий «фактическое задержание» и «задержание de jure».
В правовой доктрине сформировалось мнение, согласно которому «фактическое задержание» включает как момент поимки и обездвиживания лица, так и его доставление и транспортировку. Фактическое задержание может быть составной частью уголовно-процессуального задержания. Однако не во всех случаях фактическое задержание приводит к началу уголовного преследования, но всегда влечет оформление/составление протокола задержания.
Задержание de jure имеет место непосредственно в момент составления протокола задержания с соблюдением всех условий, предусмотренных уголовно-процессуальным законом. Весьма важно при составлении протокола задержания подозреваемого указывать как время фактического задержания, так и время задержания de jure. Отказ от внесения в протокол времени фактического задержания лица в рамках начатого уголовного процесса должен рассматриваться как нарушение.
ЕСПЧ в своей практике разъясняет, что момент лишения свободы определяется не формально — составлением протокола задержания, вынесением постановления или применением наручников, — а фактическим моментом, когда лицо оказывается под контролем властей и больше не является свободным покинуть место нахождения.
ЕСПЧ квалифицирует понятие «лишение свободы» автономно, независимо от квалификации, данной национальным правом. Суд исходит из конкретного положения лица и анализирует вид меры, ее продолжительность, последствия и способ исполнения. Различие между простым ограничением свободы передвижения и лишением свободы является различием степени и интенсивности, а не юридической природы (Brega и другие против Молдовы от 24.12.2012; Creangă против Румынии [БП] от 23.02.2012).
Кроме того, тот факт, что лицо не было заковано в наручники, не было помещено в камеру или физически обездвижено, не является решающим. Существенное значение имеет то, могло ли лицо в конкретных обстоятельствах реально уйти.
Элементами, которыми руководствуется ЕСПЧ при оценке лишения свободы, являются:
• лицо находится под эффективным контролем властей;
• лицо не может свободно покинуть место, где оно находится;
• существует элемент принуждения, явный или подразумеваемый;
• ситуация обладает определенной интенсивностью, даже если ее продолжительность является краткой;
• отсутствие наручников, камеры или формального решения не исключает существование лишения свободы.
В заключение следует отметить, что задержание лица представляет собой исключительную процессуальную меру, оказывающую непосредственное воздействие на индивидуальную свободу, в связи с чем она должна применяться только в строго предусмотренных законом условиях и лишь тогда, когда это абсолютно необходимо для надлежащего осуществления уголовного процесса.
Значение задержания состоит в обеспечении явки лица перед органами уголовного преследования, предупреждении его уклонения, воспрепятствовании влиянию на свидетелей, уничтожению доказательств либо совершению новых общественно опасных деяний.
В то же время задержание не может рассматриваться как предварительное наказание, а представляет собой временную меру, подлежащую проверке с точки зрения законности, пропорциональности и обоснованности.
Следовательно, применение такой меры должно быть оправдано конкретными обстоятельствами, а не простыми предположениями, при этом на органы власти возлагается обязанность доказать наличие реальной и актуальной необходимости.
Informările din acest articol au caracter general și nu constituie relație avocat–client până la stabilirea unui mandat. Pentru decizii în cazul tău concret, recomandăm o consultație directă.